Нежелательное возвращение в Англию, казалось, подобно смерти. Но иного выхода не предвиделось. Безысходность – вот, что поистине угнетало непробиваемую и самолюбивую Кэтрин Пирс. Она въелась в ее сознание крепким фундаментом, забралась под кожу сотнями игл, ворвалась в легкие, подобно губительному яду, уничтожая все и без промедления. В жилах Пирс теперь течет человеческая кровь вперемешку с ценнейшим лекарством от вампиризма. Нет, такое снилось Кэт лишь в кошмарных снах, но теперь - это неизменная реальность. То, что нужно принять и жить дальше, несмотря на щемящее чувство в грудной клетке. То чувство, когда у тебя выбили почву из-под ног, сломали, без какого-то шанса на восстановление.

Кэтрин не сдается, нет, не так уж просто. Пока другие умирали, она столетиями училась выживать. Что ж, это получалось не так и плохо, ровно до того момента, пока Пирс вновь не стала человеком. Каково это? Не лучшее ощущение, когда на смену вечной жизни и безграничной силы приходят банальные болезни и прочие людские недуги.

В течение нескольких месяцев ей приходилось скрываться от врагов, нажитых за добрых пятьсот лет. У каждого из них было дикое желание прикончить изворотливую Пирс, доставившую не мало проблем. Она игрок. Эгоистка с огромным желанием получить нужное быстро и, не важно, какими способами. Девиз её жизни в данный момент - «Все и любой ценой».

Теперь же Катерина цеплялась за последний шанс… Последний? У нее всегда был запасной план B, и еще двадцать четыре буквы алфавита для придумки новой стратегии. Но сейчас по нулям. Единственная надежда - старый знакомый зельевар. Его имя эхом стучало в висках, пока Пирс ждала ответа на свое письмо. Совиная почта не заставила себя долго ждать.

«Мисс Пирс,
Сожалею, но Северус Снейп уже ничем не сможет вам помочь. Он погиб пятнадцать лет назад…
Директор Хогвартса: Минерва МакГонагалл.»

И снова провал. Она перечитывала эти пару строк не единожды, чувствуя, как последняя капля надежды умирает. Умирает, как ее тело и остатки души. Теперь время играло с Кэтрин злую шутку, словно наказывая за все содеянное.

- Нет, - ее голос сорвался на хрип.

Несправедливость. Смяв письмо и выкинув его в горящий камин, Кэтрин мерила шагами небольшую комнату, не в силах поверить, что проиграла. Все кончено, остается плыть по течению, состариться и в один «прекрасный день» умереть.

Ненужный финал.

Где то упрямство и отчаянное желание жить? Бегать пятьсот лет от смерти, а сейчас так легко сдаться в ее объятия? Черта с два. Даже если все потеряно, должен быть выход. Он обязан быть…

Прокрутив всю ситуацию в голове миллионный раз, Пирс недоуменно уставилась в одну точку.

Если бы я только могла попасть в прошлое… Бонни. Бонни Беннет. Не думала, что буду крайне нуждаться в помощи ведьмы, которая спит и видит, как я сдохну. Что ж, пора оказать ей неприятный визит… Надеюсь, не сглупит, и пойдет на сделку. Ведьме сложно устоять перед древним гримуаром. В ином случае у меня есть прекрасный рычаг давления – Джереми. Если мой финал близок, то мне больше нечего терять.

***

И как бы Кэтрин не хотела, все пути вели в Англию. Назад, в прошлое, что камнем тянуло на дно. Бонни должна отправить ее в прошлое ровно на шестнадцать лет назад, а не в какую-нибудь магическую тюрьму.

Пирс запомнила лишь приглушенный шепот ведьмы и яркую синеватую вспышку. Тело окутала не унимающаяся боль, сводя судорогой конечности. На мгновение показалось, что ее жизнь вот-вот оборвется. Бонни усмехнулась. Осталось только гадать, не отправят ли Катерину в ад…

Жива. Цела и невредима. Боль постепенно стала отпускать, давая придти в себя. Картинка перед глазами сфокусировалась, позволив осмотреться.

Даже с координатами Бон-Бон не ошиблась. Очень уж хотела избавиться от меня, надеясь, что я застряну во временном потоке. Хогсмид, отлично.

Не впервой спасать собственную шкуру, нужно вновь довериться своей интуиции и разыскать старого друга. И глубоко наплевать, что пришлось прибегнуть к сильнейшей магии и вернуться в прошлое. Кэтрин цеплялась за малейшую ниточку, чтобы как-то спасти свою жизнь и замедлить старение. Что может быть сильнее, чем жажда жизни? Ничего. Только понимаешь это слишком поздно, когда она силком ставит тебя на колени, отправляя на плаху.

Волею судеб или же необдуманному совпадению, Кэтрин была именно на станции Хогсмид. Девичьи руки немного подрагивали, крепче сжимая темную ткань накидки. Лицо удалось скрыть, пряча под большим капюшоном. Лучше быть инкогнито.

Суматоха. Снующие волшебники в мантиях с довольными воплями двигались куда-то вперед, таща с собой кучу чемоданов. У только что прибывшей из две тысячи тринадцатого года Кэтрин багажа как-то не оказалось. Забыла в спешке, совершая скачок во времени. Через несколько мгновений простоя каменной статуей, она постепенно отошла от ступора, и, не растерявшись, неприметно двинулась за гудящей толпой.

Какого черта все носятся с какими-то палочками? Видимо Бон-Бон совсем отстала от волшебной моды, раз не заимела подобной. Кошки, совы… Крысы? Мы отправляемся в зоопарк? Не приближайся, недоумок, меня не радует твое странное растение в горшке. Грёбаный садовод.

Часть студентов отделилась, направляясь к озеру. Шипя себе под нос, Пирс продолжала идти за основной массой, озираясь по сторонам. Мысли бешеным потоком сменялись в голове. Удастся ли ей разыскать Снейпа? Точно ли она попала в нужный ей год? Да. Иначе и быть не может. Маленький пункт в огромном списке дел можно было отметить галочкой. Кэтрин увлеклась собственными раздумьями, и, не заметив, влепилась в спину резко остановившегося студента. Только этого не хватало.

- Ослепла? – бросил высокий парень через плечо, не считая должным хотя бы повернуться.

Что? Это ты мне, молокосос?

- Нечего столбом стоять. Скажи спасибо, что ты не рухнул в эту грязь.

Кучка студентов, находившаяся неподалёку, тут же развернулась и уставилась в сторону Пирс.

Не хотела привлекать к себе внимания? Пожалуйста, получай вдвойне.

- Грязнокровке давали слово? – волна злобы вспыхнула внутри парня так, что он буквально выплевывал эти слова.

Секунда, он повернулся всем телом, поправляя спадающие на лоб гладкие платиновые волосы.

Боже мой, Кэтрин, на последних годах твоей никчемной человеческой жизни судьба подкидывает красавчика. Видимо, издевается.

Бледная кожа его лица особым образом выделялась на фоне черной мантии, которая скрывала крепкую мужскую фигуру. Он даже не шелохнулся, когда Пирс влетела в его спину. Аристократическая внешность добавляла пущей притягательности мужской персоне: выделяющиеся скулы, острый нос, узкие губы, сложенные в усмешке и серые глаза. Даже не желая того, тут же чувствуешь холод, который излучал его взгляд.

– Отцепись, Грейнджер, ты мне не интересна.

В полумраке Кэтрин сложно было распознать, поэтому парень явно ошибся с выводами.

Удивительно. Она всего лишь несколько минут в абсолютно другом веке, а ее уже успели обозвать грязнокровкой и приняли за какую-то Грейнджер. Видимо, сильно она бедолагу достала. Целесообразнее было прикусить язык, поэтому Кэтрин так и поступила. Проблем хватает и без этого самодовольного выскочки.

«Зрители» вернулись к своим делам, будто ничего и не произошло, и продолжили бурные обсуждения предстоящего учебного года.

Так-так, что тут у нас? Кареты? Удачно же я попала. О нет, снова этот парень с омерзительным кактусом в руках. Отойди.

Настала очередь Кэтрин, когда карета, запряженная фестралами, подъехала и замерла в ожидании своих пассажиров. Взобралась, отстраненно сев почти на самый край. Голова гудела так, словно там организовалась мини наковальня. Терпение и только терпение, еще немного и она окажется в Хогвартсе. А там и до Снейпа рукой подать.

Быстро получить зелье и вернуться к сущности вампира.

Заветные мечты будоражили ее сознание, откликаясь новым потоком надежды. Вместе с ней в карете были еще четверо студентов. Да, тот парень со своим излюбленным цветком, который так раздражал Пирс, был тоже здесь. Была бы ее воля – вышвырнула бы силком его из этой кареты, даже не поморщившись. Чем он не угодил Кэтрин, оставалось загадкой. Видимо, хотелось выместить свою злость на ком-то. Отыграться, заставить страдать, вытрясти всю душу, оставляя только холодную тупую боль – это как прилив новой энергии для нее. Даже превращение в человека не поменяло ее сущности. Расчетливая, манипулирующая и равнодушная Кэтрин Пирс. Больше сказать нечего.

- Гарри, я знаю, что этот год будет еще сложнее… - шепот был едва слышен, но Кэтрин уловила несколько фраз из диалога незнакомцев.

Гарри вздохнул, устремляя взгляд на подругу. По всей видимости, он не был тем беззаботным студентом: на его плечи свалился непосильный груз, который приходится тащить, как неотделимую часть себя. Поправив очки, он изобразил подобие улыбки, чтобы как-то успокоить своих взволнованных друзей.

- Гермиона, не нагнетай, - нечленораздельно буркнул рыжий парень, с виднеющимися веснушками на лице. Его ничего не волновало, поэтому он продолжил есть свои излюбленные сладости в виде желатиновых червяков. – У нас будет обычный год, где ты, Гермиона, останешься такой же занудой. Малфой так же будет нарываться на проблемы, и в этот раз он легко не отделается. Невилл снова напутает заклинание… Уже представляю лицо Снейпа, и как он снова и снова снимает с Гриффиндора десять очков.

Он подавил смешок, отправляя в рот еще парочку «червячков». Да, этот парень любил поесть. Едва слышное чавканье резало слух, от чего Кэтрин сжала зубы, молясь, чтобы они быстрее добрались до замка, иначе она запихнет в его глотку настоящих склизких червей. Ей было не интересно слушать болтовню подростков, мыслями она находилась в себе. Кэтрин прекрасно ощущала, как внутренние силы день за днем угасают, и это угнетало. Пятьсот лет она ни в ком не нуждалась, была лишь в ответе за себя и более ничего не волновало.

Лучше умрете вы, чем я.

Каждодневная мантра. Любой человек, встречающийся на ее пути, был лишь средством достижения цели. Ни любви, ни вины, ни жалости. Пирс не способна на чувства. Там, слева под ребрами, нет сердца. Выжженная пустота. Но, так было легче. Так ты неуязвима для своих врагов… друзей. Ведь именно близкие люди всегда знают, куда ударить. За все столетия Кэтрин обдуманно отшлифовала свой характер, отсекая человеческие слабости. Пожалуй, она никогда не любила никого, кроме себя. Эгоизм креп год за годом, оплетая душу безразличностью к окружающим. Внешне Кэтрин выглядела живой, красивой и многогранной, а внутри… Внутри – мертва, и уже очень давно…

Наконец почувствовалось тепло. Ненавистный ветер перестал трепать плащ Кэтрин, и это определенно радовало. Она внутри. В Хогвартсе. От непонятного волнения сердце ускорило свой ритм раза в два, а дыхание перехватило. Странные чувства. Будучи вампиром, Кэтрин не испытывала подобного. Вот что значит быть живой. Но что ей действительно докучало, так это головная боль, усталость и голодный желудок. Человеческое тело так ненадежно. Но это казалось мелочью. Главной проблемой оставалось то, что нужно было найти в огромном замке зельевара. Непостижимая цель.

Ммм, кажется, садовод меня преследует.

В нескольких метрах от нее тот самый парень с цветком отстал от друзей и теперь поспешно пытался зашнуровать свой ботинок. Он копался уже с минуту, но шнурок упрямо не хотел поддаваться хозяину. Недолго думая, Кэтрин скинула капюшон и поправила растрепавшиеся темные локоны.

Ничего сложного, просто будь милой. Приторно милой.

Кэтрин поморщилась, растягивая и пробуя на вкус чуждое ей слово «милая». Играй еще, лучшая актриса. Главная роль лишь твоя.

Нужно действовать. Нацепив безликую маску дружелюбности, Кэт ускоренным шагом направилась к тому несчастному.

Если он со шнурком-то справиться не может… О боже, как ты живешь? Ведь ни одна девчонка не подойдет и близко.

- Прости, - как можно мягче вырвалось из ее губ. – Ты не видел Снейпа?

Запнувшись, Пирс отчаянно пыталась вспомнить фамилию той женщины в письме. Бедный парень от неожиданного вопроса вовсе забыл о своем развязавшемся ботинке и во все глаза рассматривал Кэтрин.

- МакГонагалл попросила его разыскать.

Парень растерянно открыл рот, но не проронил и звука. По его подрагивающим рукам было легко догадаться, что он волновался.

- П…Пр… Профессор. – Пауза. Он сглотнул образовавшийся ком в горе и через несколько секунд продолжил. – Как всегда, в подземелье, где ж ему еще быть?

- Спасибо, эм, - запнулась Кэтрин, не зная, как обратиться к парню. Впрочем, она могла просто развернуться и уйти, но раз она решила быть милой, то надо соответствовать.

- Просто Невилл, - Кэтрин демонстративно закусила нижнюю губу, не отрывая глаз от ошарашенного и смущенного парня. – Я раньше не видел тебя. С какого ты факультета?

- Боюсь тебя разочаровать, но я не студентка.

Пирс усмехнулась про себя. Надо же, на почти предсмертном одре от старости её приняли за студентку.

- Ой, простите, я не знал, - Невилл глупо улыбался, стараясь сгладить произошедший конфуз. – Просто вы… Ну… Молодо выглядите.

- Думаю, тебе пора догнать своих друзей, - Пирс уже порядком надоело любезничать.

Улыбка все еще не покидала лица Кэтрин, от чего щеки бедного Невилла становились пунцовыми. Господи, она лгала с такой уверенностью, что сама, было, поверила в собственные слова. Аплодисменты. Занавес.

Идиот. Хоть в чем-то оказался полезен. Значит подземелье… Холодно, сыро, тихо. Идеально.

Пирс не медля ни секунды больше, развернулась, сомкнув руки за спиной, и зашагала в противоположную сторону. Поворот, за ним еще один. По замку можно было блуждать несколько дней и ночей. Кэтрин даже понятия не имела, где вход в это чертово подземелье. Минуя очередной поворот и услышав приглушенные голоса, она замерла, стараясь скрыть свое присутствие.

- Драко… - томно выдохнула девушка. – Мы должны идти в большой зал.

- Иди, я скоро. Профессор Снейп просил зайти.

Несколько быстрых и коротких поцелуев в губы, и Пэнси Паркинсон, староста девочек Слизерина, нехотя отлипла от парня, удаляясь в сторону Большого зала. Ожидал типичный учебный год, который начинался с речи директора Хогвартса, распределяющей шляпы и пира. Хотя, он мог быть и последним.


Влюбленные подростки, какая прелесть. – С сарказмом подумала Кэт. - Пфф. Ладно, все складывается как нельзя лучше. Веди меня, самоуверенный Кдано… Драко или как там тебя. Впрочем, не важно.

Как можно незаметнее она проследовала за парнем в подземелье. Кэтрин вовсе забыла о голоде и усталости, ведь она как никогда была близка к своей цели. Тем временем, парень постучал в дверь и через несколько секунд скрылся за ней. Кабинет зельевара. Тишина заполнила все вокруг. Как бы Пирс не прислушивалась – тщетно. Вампирский слух бы пригодился. Это было явным плюсом при любых обстоятельствах. Когда Кэтрин стала человеком, первое время казалось, что она просто оглохла. А в смеси стресса, старения и страха смерти каждый прохожий вызывал в ней подозрения, включая даже тех парочек, которые перешёптывались на улице.

Выходи уже. Чего так долго?

Пирс фыркнула, продолжая ждать, когда Снейп останется один. Облокотившись спиной о каменную стену, она взмолилась, дабы не разнести эту чертову дверь в щепки. Да, раньше она бы так сделала. А сейчас это чревато переломом ключицы, в лучшем случае.

Хлопок двери. Драко быстрой и уверенной походкой скрылся в коридорах подземелья. Его лицо было, мягко говоря, недовольным: ноздри раздувались, глаза горели вспыхнувшей яростью, а на скулах заходили желваки. Руки были сжаты в кулаки так, что костяшки пальцев побелели. Драко даже не заметил Пирс, вжавшуюся в проём стены.

Как только Малфой исчез из поля зрения, она вышла из своего «укрытия». Сделав глубокий вдох, Кэтрин приблизилась к двери и дернула за ручку. Профессор Снейп уже было собирался идти в Большой зал, где его ожидали, но не тут-то было. Он замер возле своего стола, внимательно глядя на вошедшую Пирс. Северус был по-прежнему худым человеком с землистой кожей, крючковатым носом и сальными, до плеч, волосами. Его холодные, черные глаза пронизывали насквозь.

- Ты? – немного удивлённым тоном спросил он.

- Да, Снейп. Тебе не мерещится.

- Чем обязан твоему нежеланному визиту, Кэтрин? – он развернулся в сторону деревянного шкафчика и обыденно начал перебирать пробирки с зельями, проверяя, все ли на месте.

- Я больше не вампир… - Пирс медлила, сверля взглядом спину зельевара. - Мои волосы седеют, зубы выпадают. Я не уверенна, что это значит, но это определенно не здорово.

- Кэтрин Пирс пришла ко мне за помощью? Это не идет в разрез с твоим эго?

Дверца шкафчика громко захлопнулась. Северус развернулся, поправляя мантию, и бросил презрительный взгляд в сторону Кэт. Доверять изворотливой сучке не было причин.

- Я пережила рождение ребенка, смерть всей моей семьи, я пятьсот лет скрывалась от бессмертного гибрида. В мою глотку насильно впихнули лекарство от вампиризма. Я – человек, и я старею, – эмоции били через край. - Теперь ты понимаешь, почему я немного расстроена из-за того, что я на грани смерти от насморка?

- Немного твоей крови – и сделка состоится, - протянул Снейп, задумавшись над словами собеседницы.

Они никогда не были друзьями. Старые знакомые, которые помогли друг другу дважды. Северус помог отыскать лунный камень – Кэтрин отдала ему темный древний артефакт, в виде золотой чаши. Взаимовыгодный обмен и ничего больше.

- Я умираю, и мне нужно, чтобы ты спас мне жизнь, - Кэтрин безнадежно взглянула в темные глаза зельевара, давая понять, что она сделает всё, чтобы в очередной раз выжить.

Северус не мог не помочь. Условия сделки обговорены. И этот взгляд… Кэтрин была на грани.

- Бесчувственность всегда была твоим лучшим качеством, не разочаровывай меня, - Пирс ухмыльнулась на слова Снейпа, сверкнув глазами в полумраке. – И еще. Будет лучше, если ты не будешь высовываться. Жди меня здесь, после церемонии я вернусь, и подумаю, куда тебя спрятать.


- Буду ждать, - Кэтрин села на стул, по-хозяйски перекинула ногу на ногу, плавно помахав рукой. – Профессор Снейп.

Довольная улыбка не сходила с ее лица: теперь у нее есть шанс. Реальный шанс, чтобы спасти свою жизнь. И она не упустит его.